Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

3

Премия Прокруста вручена

Для тех, кто не в курсе:
Журнал "Бельские просторы" и литературно-критический клуб "Гамбургский счет" учредили премию Прокруста - за короткий (5000 знаков) с тематическим ограничением и анонимным судейством (судьи - они же участники конкурса оценивали тексты под псевдонимами, которые собирал независимый координатор). В первом состязании приняли участие 23 автора.




Итак, жестокий Прокруст отмерил каждого героя-участника и разложил их тексты по разнокалиберным ложам. Первая тройка выглядит так:
1. Игорь Фролов (Садовник), "Ксения"
2. Артур Кудашев (Уфалюб), "Прибытие"
3. Вадим Богданов (Аvt), "Исповедимы все пути".

Первым
делом хочется извиниться за свое первое место, которого я никак не
ожидал. Да и почти все, подходившие говорили уныло - извини, но рассказ
Кудашева лучше. И я с ними согласен - я и сам поставил рассказу Кудашева
9 баллов - хотел 10, и тогда наши баллы сравнялись бы, - но на мой вкус
10-ки заслужил другой рассказ.
Мой шорт следующий:

1. "Конец
сезона" Сергея Матюшина. Простота высшей пробы - природа и человек,
мудрость старого человека, живущего с природой. Может быть, смерть
Сергея Матюшина во время конкурса тоже повлияла на мою оценку - слова
Максимова-персонажа о том, что эта утка тебе на том свете не зачтется, -
это связало рассказ с переходом жизни в смерть, по сути, на него указал
перст Автора.

2. "Прибытие" Артура Кудашева - идеально сделанный
рассказ. Сравнивал его с выпиленным лобзиком орнаментом, выточенным из
кости нэцке. Даже с деталью, изготовленной на токарном станке - ничего
лишнего, все по указанным размерам. Уфа тут единственно необходима как
пуаант, реперная точка, - но эта искусственность и отняла тот балл,
который получил рассказ Матюшина, тронувший сердце, а не мозг.

3.
"Митина любовь..." Юрия Горюхина. Поставил бы и 10, но отнял два балла
за полную узнаваемость не только автора, но и пары персонажей - Ромы
Шарипова и Рассказчика. Хотя, как рассказ памяти ушедшего Ромы - очень
хорош, там все закольцовано, все отсылы даны, - но игра в угадайку, кто
скрывается за масками, почти стопроцентно проигрышна для несведующего
читателя. Тот, кто не догадывается о прототипах, увидит странную
литературную поделку-безделицу, и ему не помогут ни "Митина любовь," ни
"Круг" в качестве справочно-ссылочного материала.

4. "Это ли не
рай" Марселя Саитова. Три балла отнял по той же причине, что и у
предыдущего автора. Умолчание Майкла Джексона, на котором построен
рассказ, оказалось нераскрываемым для многих, и они восприняли текст как
баловство. Но я понял сразу, и тонкость игры, ирония плюс рождающиеся
смыслы - это мне очень понравилось, а отсыл к Нефтекамску отправил меня
по ложному следу - к авторству Вадима Султанова, - у него есть такой
взгляд на действительность. Прозы Марселя до этого не читал, но вторым
автором заподозрил его.  Рассказ отличный - никогда бы не подумал, что
это проза поэта, не в обиду поэтам будь сказано:)

5. "Маяковский"
Алины Гребешковой - еще одно (после раскрытия псевдонимов) приятное
удивление. Несмотря на всеп то же отнятие баллов за чрезмерность
умолчаний, - тем не менее, в этом рассказе эти умолчания не так вредят в
информационном смысле, как в предыдущих. Потому что здесь текст
передает настроение , как музыка, - и портрет Уфы здесь написан
эмоционально-точно - мне так показалось. Чем больше я перечитывал, тем
больше понимал, что содержание тут не так важно, здесь - настроение, и
именно уфимское, которое почти не поддается описанию. И единственным
кандидатом в авторы я назначил мудрого и поэтичного Дмитрия
Масленникова. Не думаю, что этим обижу Алину, тексты которой читал
давно, и этот весьма, на мой взгляд, отличен (в обоих смыслах:)

6.
"Дебилка" Валентины Ушаковой, несмотря на противоречивое впечатление,
включена мной в мой шорт. Мне показалось, что язык и ментальность
рассказа почти соответствует образу рассказчицы. Почти потому, что нужно
отнести на долю условности различные несообразности, отмеченные другими
членами жюри. Но главное - эта странная вненравственная нравственность,
животное начало морали, уловленное в сеть текста, когда девочка
освобождает свою семью от зла, возвращая ситуацию к тому простому, но
гармоничному бытию, которым существовала семья до появления дяди Зла.

И
вот тут, на седьмом, восьмом или девятом местах я видел свой рассказ -
во всяком случае, все отмеченные рассказы произвели на меня куда большее
впечатление, чем рассказ Садовника  про Ксению.РОднако, злопыхателям,
которые злопыхтят про "сами конкурс придумали, сами участвовали, сами в
жюри - иначе бы не победили" - отвечу: идите к Гудвину, он даст вам и
сердце и мозги, - а пока - не позорьтесь.

А вообще, конкурс дал
мне много материала для размышлений. Перестал писать, думаю - может,
что-то в моем понимании литературы изменится - и в лучшую сторону.
Спасибо
всем участникам и читателям! Ждите второе состязание - предлагайте
ограничения, темы, усовершенствования регламента и пр.
3

...И 25 лет, как

...Окончилась война, окончилась длянас -  борттехников-двухгодичников 302-й отдельной вертолетной эскадрильи. К сентябрю мы уже переслужили 4 месяца, и под замену всей эскадрильи пришла замена конкретно нам. И мы рванули по домам, еще не зная, что оттуда так просто не улетишь.
Приехал на концерт Розенбаума Илюс Мухаметов, он же Феликс, он же борттехник М. - привез фоток немножко (мои затерялись на путях жизни, их было больше). Вот краткий экскурс в 85-87-е:

Это демонстрация зимнего лётного дресскода. КДВО-85, борттехники ф. и М. на стоянке своей эскадрильи. На борттехнике Ф. унты собачьи, а овчина подклада куртки оранжева...


Там же и те же. Легендарный 22-й борт, на котором борттехник Ф. налетал 270 часов в небе Амурской области и прилегающих областей.
Ни борттехник ни борт еще об этом не знают - они недавно познакомились, идет замена двигателей.



Это Бухара. Борттехник Л. и борттехник Ф. глазеют не помню на что.


А это борттехник М. на фоне легендарной 10-ки на стоянке 302 овэ. Фото, возможно, дело рук борттехника Ф. - но не факт. А вот придет Феликс и скажет, что это и не десятка. Но я уже не помню, какие машины он менял, как перчатки, покинув напарника Ф.


А вот так мы улетали. С прикрытием "мессерами" 4-го разворота, с отстрелом АСО, на "горбатом" - Ил-76.
3

25 лет между концертами

Вчера с другом - борттехником М. (кто читал Бортжурнал) побывали на концерте Александра Розенбаума. Летом 1987 года он давал концерт в Афганистане, перед нами, вертолетчиками 302 эскадрильи. Тогда, приспособив японский радиомикрофон и японский же двухкассетник с фм-диапазоном, мы записали концерт. И сегодня подарили старому знакомому оцифрованную запись. Конечно, я подарил Бортжурнал (там есть история о том концерте) - отплатил своим автографом за его, который он оставил на моей кассете с той записью)), ну и конечно, сентябрьский номер БП - с предложением дать нам подборку. А.Р. обещал подумать, т.к. непесенных стихов у него по его словам немного, а он понимает разницу...
А концерт был великолепен - я, честное слово, не ожидал. Он на фото - за десять минут до начала - выглядел уставшим. Но два часа - и с каждой песней все мощнее.  И очень меня удивило - приятно! - что зал ГДК (Синтезспирта) был до отказа, люди пели всем залом, и вся публика была по-хорошему советской. Тысяча (или больше) потенциальных читателей БП))
Розенбаум Шинданд
Розен баум Уфа
Сцена
3

О Цое


Однажды - не помню, вероятно это была весна  1990 года, а может осень 1989 - я шел возле Дворца спорта, а передо мной шли три парня и разговаривали. Слева шел Виктор Цой, в центре - Владимир Маркин, справа - не помню кто. Они были у нас на гастролях. Больше я с Цоем не пересекался. Но песни его любил. Вот отрывок из нового рассказа, который выйдет, если все будет нормально, в сентябрьском номере "Бельских просторов":

"...С собой я привез две вещи – деньги и план построения великой жизни. Деньги в новых условиях начали быстро таять. Когда есть возможность поить девушек шампанским, кормить икрой черной осетровой и персиками, возить исключительно на такси, а розы дарить по старинке – букетами, – то золотое дерево солдата превращается в голый куст задолго до наступления законной осени. И когда через несколько месяцев в моем ранце показалось дно, я понял, что наступило время построения великой жизни. По упомянутому плану сделать это я мог только одним способом – написать роман про оставшуюся за горами войну. Такой роман, чтобы под его тяжестью прогнулся мир. «Да, пусть этот мир прогнется под моей войной», – думал я, шагая по городу – руки в карманах камуфляжной куртки, в ее нагрудном кармане – японский плейер, и в ушах молотом по барабанным: «Группа крови на рукаве, мой порядковый номер на рукаве, пожелай мне удачи в бою, пожелай мне…»
Под эту музыку, уже почти нищий, я и трудоустроился".


Есть цитата из Раннего Цоя и в "Ничьей".

3

48 - половинку просим

Так совпало - про половинку. Опять же, 24 года назад случилось событие, которое связано с моим другом, которому, в свою очередь, сегодня - те самые 48. С ними я его и поздравляю, хотя он человек не компьютерный, и этого поздравления не увидит. Так пусть же остается таким же нормальным человеком, для которого реальная жизнь и собственные фантазии дороже, чем эта виртуальная действительность.
Ну и в подарок - кусок бытия 24-летней давности - отрывок из истории, которая полностью (и еще две с нею) выйдет в августовском номере = но не "Бельских просторов". Итак, отрывок про друга Рауля (дружим уже 31 год) из бортжурнального рассказа

Так писал Заратустра
(отрывок)
...

Поздно вечером на кухне борттехник писал письмо другу. Друг жил далекой мирной жизнью – ходил в библиотеку, в филармонию, на выставки, читал Гессе, обоих Маннов, Боргена и Бохеса, пел в душе: «Мулатка, просто прохожая, как мы теперь далеки», ненавидел армию и писал в письмах борттехнику Ф., что появилась гениальная группа, которая поет смелые песни про Америку и про шар цвета хаки, и что все стремительно меняется, пока он там занимается непонятно чем. Именно поэтому борттехник Ф. писал письма так, словно он был туристом в экзотической стране, – о местных обычаях вроде мужской дружбы, когда один ведет джругого за мизинец, о том, что стоя мочиться мужчине здесь не положено – только на коленях, – о волшебных лавках, в которых есть все, не только тряпки, но и радиомикрофон, который я купил и привезу, чтобы ты, наконец, смог записать кассету своих песен и послать ее Тухманову.

Про войну борттехник тоже писал, но старался делать это так деликатно, чтобы не ранить душу товарища, который в это самое время читал с пожелтевших страниц то, что говорил Заратустра. И борттехник, сидя в месте рождения пророка, невольно писал слогом его. Он писал про белое небо и красные горы этой страны, про адскую жару, которой дышит зев плавильной печи. «А тут ею дышим мы и наши железные звери. Но мы привыкли к ней, и она уже не трогает нас, эта волшебная жара, – и винтокрылые наши звери, поначалу так тяжело взлетавшие, тоже привыкли, и начали тащить веселее, выше, быстрее, посвистывая и потряхивая, – такие пятнистые хищники снаружи и такие смешные внутри – с лавками, обтянутыми голубым дерматином в кракелюрах, с оранжево-желтыми облупленными баками, с обшарпанным голубым рифленым полом, с непромытыми бурыми пятнами под теми баками. Они уже сами рвались в это небо, и мы шли на поводу у своих нетерпеливых машин – мы вылетали на охоту ранними прохладными утрами, когда восточные горы еще чернели на фоне лиловых шелков, когда ветер еще не прошел через горнило, и тоже был шёлков – его еще можно впускать в открытые блистера и выпускать в открытые двери, как восточный платок через кольцо. А в открытой двери твоей машины на расстоянии вытянутой руки  лилась утренняя  прохладная еще земля, – мы шли так низко, что сбивали колесами маковые головки, пролетая над маковыми полями, и потом, уже на стоянке, ко мне приходил пес Угрюмый и лизал эти колеса, становясь все добродушней, пока не превращался в щенка, а две сопровождающие его – черная и рыжая, одна на удалении, вторая, оборачиваясь, поднимая губу, обнажая белый клык и утробный рык, – две эти поджарые суки смотрели на хозяина непонимающе, потому что никогда не пробовали маковых колес, – и становились ему как матери...».

Так говорил борттехник Ф. своему другу, а вернее, самому себе, будущему.

Вот и в этот вечер борттехник рассказывал в письме не про то, как они искали пропавший самолет. Он писал про девочку с бидончиком, полным козьего молока, которое она протянула белому богу, спустившемуся с неба на железной стрекозе...

Прошло десять лет. Бывший борттехник Ф. написал рассказ про змея вползающего и про змейку заглатывающего.  Прочитав его, друг спросил:

– Это ты про ту девушку-афганку, которую трахнул на самой границе с Ираном?

– Я трахнул? – искренне удивился бывший борттехник. – Бог с тобой, золотая рыбка, с чего ты взял?"

На этом интригующем месте автор обрывает дозволенную речь - а начало и окончание читайте (если не случится чего-нибудь из ряда вон - русский август на сюрпризы горазд) в 8-м номере известного московского журнала. Запоздало посвящаю этот рассказ другу Раулю, - в день его 48-летия.

3

Евгений Дятлов поет

...советские песни на Культуре в 22 часа - и поет великолепно. !
Когда слушаешь те наши песни - мирного и военного времен - понимаешь, какой был на самом деле строй. Что бы ни говорили. Такие концерты как лекарство, как противоядие.
3

Веснянка и Мапенькая скрипка

Немного о связи литературы и жизни.
Это фото Сергея Леонтьева называется "Веснянка". Тот, кто откроет 9-й номер "Бельских просторов", увидит на 2-й стр. обложки эту гениальную фотку.
В номере есть два текста, которые родились после того, как их будущие авторы увидели этот снимок.
Наша маленькая скрипка  Игорь Фролов
Веснянка  Алексей Кривошеев

В первом тексте совпадения типа с прототипом, конечно, не случайны, но образ Поэта все равно собирателен, и написан, как может убедиться читатель, с любовию.

Ну, а про то, как "Наша маленькая скрипка" отозвалась в жизни, и какая мистика последовала сразу после ее написания, я скоро расскажу.
3

Знаковая осень

Я опять про совпадения.
Предыдущий пост. Сравним с цитатами из уже сверстанного в сентябоьском БП нового моего  рассказ "Наша маленькая скрипка":

"...
Нам была явлена девочка-пацанка, которой судьба вместо рогатки (с последующим превращением ее в различные виды оружия) вручила скрипку. Копна зеленых косичек, переплетенных разноцветными ленточками, кошачьи скуластость и курносость, лукавость и шаловливость, буратинская курточка-распашонка, под ней – обтягивающая, даже обливающая тело, как латекс, зеленая футболка с надписью на груди «Its your paradise!» (не отвлекайся, читатель!), ниже – нет, еще ниже – широкий лаковый ремень, короткая клетчатая юбка-клеш, полосатые шерстяные гетры и высокие зимние кроссовки на шнуровке..."

"
Это была гениальная в своей простоте и красоте черно-белая фотография. Крупным планом – хохочущая девочка. Она смотрит за мое левое плечо, куда-то вверх, в ее глазах – восторженное удивление, словно она увидела чистое счастье, – рядом со щекой – смычок, ее косичка обвилась вокруг натянутого пучка конского волоса, костяшки ее тонких пальцев, сжимающих рукоять смычка и гриф скрипки, перекликаются с белыми колками…"

Там появляется ангел на пламенеющем троне, а Серафим(а) в переводе с еврейского - пламенный ангел.
Ауэрбах с немецкого = Зеленый луг + поток, ручей.
Героиня рассказа - зеленая фея
, жившая у протекавшей по дну  оврага речушке-ручью.

Есть еще, но все не буду выкладывать.


3

Аудиоверсия повести "Ничья"

Продолжаем совершенствовать сайт "Бельских просторов". Молодые комп'гении продолжают не понимать простых вещей. Просил сделать раздел "Смотри и слушай" для размещения в нем наших аудио- и видео-файлов, чтобы можно было слушать и смотреть как на сайте, так и скачивать.
И вот смотрю первый блин - дал папку с 21 аудиофайлом, которые слушаются на компе как одно целое, подряд. А тут - каждый нужно включать отдельно, скачать нельзя, да еще все россыпью в корневой папке. Следуюшие предлагают туда же валить.
Интересно, что все файлы можно запустить одновременно! Многоголосие впечатляет.
Некоторые файлы потеряли концы - по предложению, по два отрезано.
Сделал заявление, обещали исправить.
Зла не хватает. Новый реализм какой-то компьютерный.

Но все равно, кому интересно и если позволяет безлимитка, представляю свою повесть "Ничья" в новом формате.

Вот здесь - аудиоверсия повести.

Исполнена поэтом и певицей Еленой Савенковой  (Нижний Новгород), которая просто начитала ее на диктофон - по доброй, заметьте, воле. И сделал это, я считаю, прекрасно.
Для меня  было удивительно прослушать свой текст, исполненный не моим внутренним голосом. Он стал отстраненным, незнакомым, и я с интересом его воспринял. Всем авторам советую послушать свои тексты в чужом исполнении. Но хорошем. Потому что отрывки, читанные актерами-мужчинами меня коробили. А тут...
Мне даже понравился собственный текст.)

Чуть позже можно будет скачать одним файлом.
3

Гитара - любовница Nuriev.Ru

Сегодня был насыщенный день. С утра не дали поработать, - пришел в 11.30, только раскачался, в 13 уже сели водку пить за здоровье новорожденного редактора отдела поэзии. Водку закусывали рыбой разных видов, поскольку поэт еще и рыбак (получил в подарок стульчик-рюкзак со стаканом с логотипом родимого журнала).
Потом поехали с Горюхиным в СП, где Денисову была вручена премия Степана Злобина. Пили водку, закусывали пиццей, запивали баночным квасом, аналогом кока-колы - а рыба требовала воды, воды!
Потом там же состоялось заседание УФЛИ, где мы обсудили творчество отстутствующего липкинца Файзуллина. Рома, ты зря не приехал, тут одна девочка полностью согласилась с твоей позицией в рассказе "Чудовище" - у нее на крашенный глаз даже набежала слеза. Мы, старые мужики пришли к выводу - будь ты здесь, она бы тебе отдалась. Если бы ей было не 15, или тебе было бы не больше 16-ти. Вот так пропускать свои триумфы!
Потом пошли в Театральное пить пиво. Мы с Кривошеевым пили исключительно чай. Был оживленный разговор о набоковской Лолите (спровоцированный все тем же "Чудовищем"), но суть его неважна. Спор прекратил Рустик Нуриев. Он достал из чехла гитару и стал играть. Так до конца вечера и играл все подряд -
от фламенко и джазовых импровизаций до (по просьбе местных революционеров) "Шла дивизия вперед". И вот тут-то наши, по выражению Кривошеева, утомленные литературой души, отдохнули.
На фото Залесова (слева направо): Фролов, Нуриев, Кривошеев.
Надеюсь, всем неуфимцам понятно, что Нуриев - не просто фамилия, да? Мы же тут все чьи-то родственники. Такой у нас город. И пили мы чай в кафе, в театре оперы и балета им. Нуриева. Не РУстема, но РУдольфа.
Глядя, как Нуриев играет, я подумал, что ее, гитару, он никогда не кинет в снег, как он однажды проделал это со своей девушкой. Хотя, - и гитару не щадит, гад. Но и гитара явно мазохистка. О, как она дребезжала под его хлесткими пальцами! Но с какой страстью!
Так они и живут.